Стрельба в школе амишей. Еще один довод за оружие

Опубликовано: 15 октября 2006 г.
Рубрики:

Явления уже нет, а выражение осталось: to go postal.

В 1980-х стрельбой по начальникам и сослуживцам увлекались в основном сотрудники американского почтового ведомства. То и дело какой-то разбушевавшийся почтарь приезжал на работу с дробовиком и открывал огонь по коллегам. Эти отстрелы происходили так регулярно, что родилось выражение to go postal, “выступить по-почтовому”. В последние годы почтовая стрельба по какой-то причине сошла на нет (вышла из моды?), но выражение осталось.

Последние годы массовые убийства происходят не на почте, а в американских школах. Наиболее памятна трагедия, которая произошла в апреле 1999 года в колорадской школе “Колумбайн”, где юные сатанисты и мизантропы Дилан Клеболд и Эрик Харрис застрелили 12 однокашников, учителя, а потом и себя.

Американцы помешаны на детях, в одноэтажной Америке школьные здания возвышаются над пейзажем наряду с судами и горсоветами, и каждая школьная трагедия переживается всей страной. О выходке колорадских мизантропов СМИ неустанно рассказывали несколько месяцев, о них сняты фильмы, а годовщины знакового побоища в “Колумбайн” будут отмечаться еще много лет.

Школьная стрельба на время унялась, и была уже надежда, что она тоже выйдет из моды. Каждое побоище вызывает такую шумиху, что почти неизбежно рождает подражателей. Как вдруг развозчик молока Чарльз Карл Робертс снарядил на занятия своих троих детей, отправил богомольную жену в церковь, а сам явился в крошечную школу секты безобидных амишей, которые не знают ни машин, ни лампочки Ильича, методично расстрелял десятерых учениц и застрелился сам.

Выстрелы Робертса, который жаловался в предсмертной записке на “невообразимую пустоту” в душе, унесли жизни пяти девочек, а пятерых отправили в больницу. Четверо ранены очень тяжело. Их родители молятся о спасении души убийцы и не держат на него зла, а комментаторы, как всегда, обсасывают эту тему.

Инцидент не вписывается в обычную модель школьных стрельб: стрелявший был не одним из учеников, а посторонним человеком, который, насколько можно понять, к школьникам особых претензий не имел и выбрал школу лишь потому, что она казалась легкой добычей.

Поэтому консервативные публицисты не могли на сей раз посетовать на пороки нынешнего школьного образования, не создающего у школяров нравственной базы, которая обычно удерживает людей от того, чтобы беспричинно всадить в ближнего кусочек горячего свинца.

Но обсуждение убийства девочек-амишей потекло по другому привычному руслу: слева послышались голоса, снова призывающие к запрету оружия, а справа начали снова доказывать, что именно его наличие могло предотвратить трагедию.

Правда, в данном случае этот довод ослабляется тем, что амиши не держат наганов не из-за правительственных репрессий, а по велению совести. Тем не менее, многие находят этот аргумент привлекательным.

Главным его пропагандистом является профессор Джон Лотт, который выпустил книгу “Больше оружия, меньше преступности”. Если верить его статистике, то благодаря наличию оружия в Америке ежегодно предотвращается огромное количество преступлений.

Почему мы об этом не слышим? По словам Лотта, СМИ в массе своей недолюбливают оружие и замалчивают те инциденты, в которых оно сыграло спасительную роль.

Например, в начале 2002 года студент-нигериец открыл огонь на юрфаке в Вирджинии и, пока его не скрутили, убил трех человек, в том числе бывшего замминистра юстиции США. В прессе этому инциденту было посвящено 260 материалов. Только в четырех из них упоминалось, что двое студентов смогли задержать убийцу лишь благодаря тому, что успели достать из машин оружие.

В свете этого понятно, что в Америке есть населенные пункты, власти которых не отнимают у обывателей оружие, а, наоборот, обязывают его заводить. Преступники тоже хотят жить и предпочитают нападать на безоружных.

Другая их особенность — они нарушают закон. Многие американские школы и их окрестности объявлены gun-free zones, то есть туда нельзя заходить с оружием. Честные люди повинуются закону, и преступник, который не повинуется закону, знает, что там теперь находятся одни безоружные.

Это как повесить на своем доме надпись “gun-free zone”. Но я ни разу не видел таких надписей на жилых домах. На бытовом уровне никому не придет в голову афишировать свою беззащитность. Вместо того, чтобы быть зоной безопасности для честных людей, безоружное пространство делается зоной безнаказанности для бандитов.

В 1985 году либеральные законы о ношении оружия существовали только в 8 штатах, где для получения лицензии на него требовалось лишь пройти проверку, заплатить деньги и иногда сходить на занятия по технике безопасности. По выполнении этих требований лицензия выдается автоматически.

На прошлый год таких штатов стало уже 37. Лотт и его коллега Билл Ландес изучили все инциденты с 1977 по 1999 год, в которых жертвами огнестрельного оружия в общественных местах становились два и более человека, и нашли, что после того, как в каком-нибудь штате принимаются либеральные законы о ношении оружия, число подобных инцидентов сокращается на 60%. Число убитых и раненых сокращается в среднем на 78%.

Принятие таких законов было единственной мерой, имевшей благотворный результат. Запреты на оружие его не давали по обычной причине: их слушаются лишь честные граждане.

Но даже если амиши выучат книгу Лотта наизусть, они не выставят у своих школ вооруженных часовых.