О мечте

Опубликовано: 1 сентября 2018 г.
Рубрики:

Наш молодой автор из Рима Виолетта Гребельник  написала эссе на очень важную для каждого из нас тему:   о  мечте. Нам бы хотелось, чтобы читатели ЧАЙКИ высказались на тему о несбывшейся мечте: дает ли она что-то человеку или только отнимает?

 

Мир новорождённого - в рефлексах и инстинктах. В понятии мышления он даже не программа, а белый лист. Постепенно, с осознанием себя как существа, у него возникают желания. Мечты относятся к другой категории и формируются позже, с накоплением жизненного опыта и межличностных связей. Выражаясь математическим языком, желание – это стремление первого порядка, мечта – второго. Желание – понятие повседневное и, самое главное, повторяемое. Сбывшись, оно приходит снова. Это такой себе  пульсар, заведенный, пока мы живём. Мечта сходна с параболой, уносящейся и уносимой одновременно.

Желания, известно, сбываются и не сбываются. Но, поскольку семейство их достаточно многочисленно, то и трагедии в том, если какое-то не найдёт реализации, нет. С мечтой сложнее. Она, как правило, одна. Такая себе пространственно-временная уникальность, замыкающаяся на конкретном человеческом существе. И если исполнение желания во многом зависит от нас, то мечта, по большому счёту,  нам не подвластна. Можно бороться за неё, можно ждать, набравшись терпения, можно сходить с ума, но она –  очень часто - не покинет своей параболы и не воплотится.

И всё-таки мечты сбываются. Иногда. Как? Почему? Этого никто не знает. Им предшествует невероятное стечение обстоятельств, которые зачастую вступают в «игру» чудесным образом ещё до рождения мечты или самого мечтающего.

Зачем даётся мечта, если реализация её так проблематична? Можно прожить исключительно на желаниях и при этом чувствовать себя вполне удовлетворённым. Существует такая категория людей, и немалая, для которых фраза «лучше быть несчастным Сократом, чем счастливой свиньёй» непонятна. 

А между тем, мечта наполняет жизнь особым смыслом, раздвигает стены,  избавляет от земного притяжения. Кто это ощутил, не расстаётся со своей мечтой, даже потеряв надежду на её осуществление. Это не болезнь, не паранойя.  Скорее, способ существования. Потому что сбывшаяся мечта, обрушившись внезапно и накрыв с головою волной счастья, не приводит к почиванию на лаврах. Сразу же сама собою формулируется мечта новая. На этот раз - парабола высшего порядка. И опять идти по ней - за мечтой, бежать по ней - за мечтой, лететь по ней  все за тою же мечтой. И снова видеть в лужах небо, глубокое, бесконечное, а не  разбитое дорожное полотно. 

Стоит ли делиться своей мечтой? Каждый этот вопрос решает для себя сам. Желаниями можно делиться сколько угодно, и от этого они не пострадают. А вот бросать на общее обозрение мечту, мне кажется непозволительно. И вот почему. В желании, пусть даже явно нереальном, как например, для обычного советского гражданина – «хочу в Париж», есть шансы. Кто-то подшучивал над таким запросом, а рухнула система, и теперь, чтобы съездить в Париж, нет помех. Мечта же предполагает не только и не столько  внешние обстоятельства, не зависящие от индивидуума, но и вовлекает его творческий потенциал. И здесь мы вплотную подходим к вдохновению, понятию, не поддающемуся изучению, глубоко индивидуальному и хрупкому. Распространяясь широко о своей мечте, можно ранить её и лишиться навсегда. Конечно, речь идёт не о коллективной мечте,  не о той,  когда человечество на протяжении столетий стремилось вырваться в космос... 

Когда-то Пифагор Самосский мечтал возвыситься до уровня богов, постигнув всеобщую гармонию и покинув бренное тело. Он разработал руководство к жизни, приводящее к нравственному и физическому очищению. Этому  отдал все свои силы и время, отпущенное на земле. Возможно, ему удалось достичь цели. До нас дошли сведения о его исключительных качествах и возможностях. Так, беседуя со своими учениками, он находился  одновременно в двух разных местах. Учение своё не разглашал и, конечно же, не доверял папирусу. Делился устно только с избранными учениками, на которых был наложен строгий обет молчания. Он ревностно оберегал свою мечту от постороннего глаза…

Моя мечта не сбылась, но осталась прежней и не менее красивой за ушедшие  годы. Прошло время, когда я отчаянно боролась за неё, когда обессилев, просто ждала, когда пыталась отречься от неё.  Много позже  пришла к поразительному открытию – ей удалось изменить меня. Я не перестаю смотреть на наш совместный  путь с удивлением. Значит, несбывшиеся мечты тоже для чего-то нужны. И не стоит к ним относиться, как к неудаче или проклятию. 

А что если они - задел на будущее?  То будущее, о котором мы ничего не знаем и не предполагаем? Тогда следует не расставаться с ними и принять их как есть: с  их трансцендентальностью и несбыточностью...