Железо. Из цикла «Фотографии памяти»

Осень — неуютная, чужая. Слякоть и насморк. Моросит. Намокшие зонтики у входа в «Гастроном» складываются, отряхиваются и разбегаются по очередям.

В мясном очередь ждёт разруба и в такт ударам топора в подсобке переминается с ноги на ногу. Чуть в стороне стоит невысокий мужчина в голубом плаще, в очках с разными дужками и с худым портфелем на двух замках. Он отряхивает шляпу и внимательно вчитывается в выцветший от времени плакат: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!»

Наконец появляется румяный мясник, покрытый рыжими кудрями, с двумя золотыми зубами, обрамляющими его широкую улыбку.

— Налетай! Подешевело! — выставляет он поднос с нарубленным мясом.

Народ налетает, и не проходит и десяти минут, как читатель плаката подходит к прилавку. С подноса на него внимательно смотрят две круглые кости, напоминающие противогаз.

— Завесить? — услужливо спрашивает мясник.

— Это всё?

Мясник ловко подхватывает оставшееся и, покрутив перед глазами мужчины, изрекает:

— Во, народ лучшие куски и не заметил… Так и просятся в борщ — и мяса полно, и косточки для навара. Сам бы ел, да денег нет! Завесить?

Мужчина наконец решается:

— У меня, знаете ли, просьба… Врачи сказали, что моей жене не хватает железа и…

— Чего не хватает? — со смехом перебивает продавец. — Железа? Так это не к нам. Вам, гражданин, в хозтовары надо.

— Если позволите, я объясню?

— Ну, давай, объясняй, — разрешил мясник.

Мужчина достал платок и вытер пот со лба.

— Видите ли, железо — ключевой элемент в переносе кислорода в составе гемоглобина. Что, в свою очередь, крайне важно для нормальной работы мозга и иммунитета. В мясе, между прочим, до 3 миллиграммов гемового железа.

Мясник подцепил вилкой кусок мяса и изрёк:

— Во как! А моя всё удивляется, чего я с тремя-то классами такой умный. Ты профессор, что ли?

— Доцент… на кафедре органической химии.

— Химик, значит, — засмеялся мясник. — Ну, прям как я.

— Позвольте закончить мою просьбу… мне нужно мясо, мякоть, буквально как лекарство, и я готов, так сказать, оплатить по завышенным ценам.

— Не интересуемся, — неожиданно разозлился мясник. — Завесить? — протянул он безжизненно висевший кусок с огромной костью. И, не услышав ответа, бросил его с грохотом на поднос.

— Извините, — пробормотал мужчина. И, надев шляпу, направился к выходу.

— Эй! Как там тебя?

— Михал Михалыч, — повернулся мужчина.

— Послушай, профессор… у меня дочка весной школу кончает… Ты в каком институте?

— В Лёгкой промышленности.

— Без разницы! Можешь посодействовать на экзаменах, чтоб всё тип-топ… А уж тогда… — он показал на плакат, — как написано.

— Не хочу врать — я не член приёмной комиссии… — И тут же добавил: — Но я узнаю, поговорю кое с кем… и надеюсь…

— Во-во — поговори, узнай. Ща! Постой!

Он скрылся в подсобке. Послышался резкий удар топора по колоде, и через мгновенье он уже взвешивал увесистый шмат мяса.

— На, вот, — он щёлкнул костяшками счёт, — почти 45 граммов гематогенного железа.

— Гемового, — не удержался мужчина, доставая из портфеля авоську.

— Во-во! Я и говорю…

— Сколько с меня? — засуетился мужчина.

— Иди уж, — заулыбался продавец, — за железо денег не берём!

Михал Михалыч, доцент кафедры органической химии, вышел из магазина и, сняв шляпу, подставил лицо моросящему дождю. Капли стекали с его лица слезами, но он не обращал внимания.

Неожиданно что-то толкнуло его в ногу… Рядом с ним сидела дворняга с набухшими сосками и не, отрываясь, смотрела ему в глаза.

Михал Михалыч обернулся, посмотрел на вывеску «ГАСТРОНОМ» и, развернув под козырьком серую бумагу, на которой живым укором горело мясо, подозвал собаку.

Он остановился на светофоре… собака сидела, провожая его взглядом… Зажёгся зелёный, и, начав переход, он машинально читал, повторяя вслух, слова громадного транспаранта, натянутого на доме:

 «НАРОД И ПАРТИЯ ЕДИНЫ!»