Манана очень не хотела просыпаться. Ей снился весенний луг. Она лежала на мягкой зеленой травке и смотрела на небо. Небо было густого голубого цвета, по нему медленно плыли белые кудрявые облака. Желтая с черными пятнышками на крыльях бабочка, покрутившись, села Манане на щеку и поползла куда-то к уху. Ой, как щекотно! Манана взмахнула рукой, пытаясь ее отогнать, но бабочка не улетала. Вот упрямая! Манана открыла глаза, потянулась, поглядела вокруг. Ее сын Майкл сидел рядом, улыбался и легонько проводил соломинкой по ее щеке.
- Мам, ты просила разбудить тебя в девять, а сейчас уже четверть десятого. Я и не знал, что ты такая соня!
- Спасибо, сынок, что разбудил, я вчера так веселилась на твоем дне рождения.
Ты прекрасно танцуешь, не то, что твой отец...
- Эй, чем тебе не нравится его отец? Тихий скромный мужчина. Музыкально очень одаренный. А уж танцует – танцует как бог! Не нравится – поменяем! - С этими словами в комнату вошел Майкл-старший.
- Манана, извини, что разбудил, но, во-первых, ты об этом просила, во-вторых, мы с сыном умираем от голода. Наша дочь Марго, сытая и довольная, уехала со школой в аквариум, а мы, несчастные, терпим голодные муки. Он потрепал сына по голове, нежно поцеловал Манану. - Давайте через полчаса встретимся в столовой и позавтракаем как нормальные люди. Хорошо?
Через полчаса оба Майкла сидели в столовой и ели овсяную кашу с клубникой. Манана поставила на стол все, что осталось от вчерашнего праздника, налила кофе. Майкл молча отхлебывал кофе и смотрел на сына. Хороший у них сын! Легкий, веселый. Прекрасно учится. Еще год и окончит школу. Собирается стать детским врачом. Помогает матери во всем, порой даже обед может приготовить, если она задерживается на работе, много времени уделяет младшей сестре. Он и сегодня собирался поехать с ней на экскурсию, но родители попросили его остаться.
Майкл-младший молча смотрел на родителей. Вчера он поднимал за них тост. Сказал, что ему невероятно повезло, что он родился у таких замечательных людей. Ну что такого он сказал? Сказал чистую правду, и они были так тронуты.
Это было вчера. Но почему сегодня в это солнечное весеннее утро у его родителей такие невеселые лица, почему они отставили в сторону чашки, почему не пьют свой кофе?
Манана посмотрела на сына, положила ему руку на плечо. - Сыночек. Мы должны тебе сообщить что-то очень важное.
У Майкла-младшего вдруг отчаянно забилось сердце. Так вот почему они Марго отправили на экскурсию в аквариум, где она уже не раз бывала, а его оставили дома. Что за тайну они хотят ему раскрыть?
Он посмотрел на родителей, на их серьезные лица, и ему стало очень не по себе. Он с трудом улыбнулся и попытался, как не раз делал в непростых ситуациях, перевести разговор на пустяки.
- Вы ни за что не угадаете, кого я вчера в библиотеке неожиданно встретил... Я встретил эту противную тетку, как ее, Патрицию. Помнишь, пап, когда мы жили в Нью-Йорке, она к тебе иногда приходила консультироваться? Я ее сначала не узнал, мимо прошел. Так она меня сама остановила, стала ахать, мол, как я вырос, сказала, что я совсем не похож на своих родителей.
А потом тут же поинтересовалась, проверяли ли вы мой ДНК? Я сказал, что об этом пусть она поговорит с вами и, честно говоря, просто сбежал, придумал предлог. Такая неприятная тетка, я когда ее вижу, всегда пытаюсь убежать, но ведь она никогда просто так мимо меня не пройдет, она вечно со всякими заковыристыми вопросами ко мне пристаёт. И вообще, я думаю, это не ее дело интересоваться чьим-то ДНК!
Майкл и Манана переглянулись. «Какая же эта Патриция дрянь, все самое хорошее, что никак ее не касается, пытается испортить», - подумал Майкл.
Манана посмотрела на сына и сказала то, что давно было у нее в мыслях:
- Сынок, это, разумеется, не ее дело, но у нас с тобой действительно - тут она запнулась на минутку, - действительно разные ДНК.
- Разные ДНК? – Улыбка сползла с лица сына, в глазах застыл немой вопрос.
- Мама, отец! Так это правда? А почему вы мне никогда ничего не говорили, почему я случайно об этом узнаю? Господи, у меня сейчас такое ощущение, будто это не со мной происходит! У меня разные ДНК с вами, моими родителями?
Он с недоумением пожал плечами, нахмурился и замолчал. Он ждал от них ответа.
В комнате было очень тихо. Слышно было, как на станции прогудел поезд до Нью-Йорка. Десять тридцать, и на часы смотреть не надо...А может быть, надо было давно рассказать мальчику, когда он был маленький, а не ждать годы!
Манана глядела на сына, не в силах начать разговор, потом, наконец, собралась с духом.
- Сынок, наш сегодняшний разговор — это не случайность, поверь.
Дедушка Арсен просил все тебе объяснить, когда ты станешь совершеннолетним, будешь достаточно сильным и сможешь правильно понять и достойно перенести то, что сейчас узнаешь. Он, к сожалению, не дожил до этого времени. Мы были не вправе нарушить его просьбу! Я много рассказывала тебе о Грузии, моей родине. И о войне, которая была в 2008 году. Ее называют пятидневной войной.Считается, что она длилась всего пять дней, с 8 до 12 августа.
Майкл, дорогой! Это правда, ты не наш родной по крови сын. Ты родился в Грузии, в городе Гори за два года до пятидневной войны. Твоя семья – отец, мама и родители твоей мамы, они все оттуда. Сестра дедушки Арсена, тетя Нуци, была их соседкой по дому, но жила в последние годы в Тбилиси у дедушки, помогала ему. Так совпало, что в день начала войны, 8 августа, Нуци попросила дедушку Арсена поехать в Гори, привезти кое-что из дома.
Дедушка Арсен приехал, зашел в дом, и в это самое время русские войска начали обстрел Гори.
Все произошло в считаные минуты. Рядом с домом разорвался снаряд.
Дедушка выскочил за дверь, увидел рядом с ней крохотного мальчика, это был ты.
Он схватил тебя, прижал к себе, вас выбросило взрывом на цветочную клумбу. У тебя не было ни одной царапины, у дедушки Арсена была сломана рука. Это было чудо, дедушка Арсен тебя спас и выжил сам! А твои родители и дедушка с бабушкой, они... Они погибли. У тебя больше не было родных! Мы взяли тебя к себе. Ты был маленький, испуганный. Тебе было всего два года, а ты уже столько перенес! Все время, пока Майкл-старший был в Тбилиси, ты не отпускал его от себя.
Ты вел себя с ним так, как будто он был твоим родным отцом. И он принял тебя в сердце. Сразу принял. Да иначе и быть не могло. Время было такое непростое, мой мальчик.
Знаешь, все было как в кино, но только это происходило на самом деле, в моей и Майкла жизни. Мы познакомились в Америке (у нас была сумасшедшая, с первого взгляда, любовь!). Мне вскоре пришлось уехать обратно в Грузию. Майкл был не в состоянии ждать, поэтому он приехал в Тбилиси довольно скоро и сделал мне предложение. Но даже, когда мы шли расписываться во Дворец Бракосочетаний, мы несли тебя на руках, ты хотел быть все время рядом с нами. О твоем чудесном спасении узнала вся страна. Многие люди хотели тебя усыновить. Но мы за тебя боролись. И мы победили! Мне пришлось на пару лет остаться в Грузии, пока я оформляла твое усыновление. А потом мы приехали в Америку вместе с тобой. У нас такое чувство, что ты нам ближе, чем родной ребенок. Если только можно быть ближе. Я все тебе сказала, сынок. Может, папа что-нибудь хочет добавить?
Майкл-старший отрицательно покачал головой. Он просто подошел к сыну, обнял его и молча стал рядом. Ему было очень трудно говорить. Он снова погрузился в то незабываемое время: окольными путями добирался до Грузии - сначала летел в Турцию, потом пересекал границу, (к счастью, легально), потом уже в Грузии ехал много часов в запыленном «Джипе» с отчаянным водителем по имени Виктор по горной обрывистой дороге, стараясь не смотреть в окно, когда дорога сужалась. Они ехали в объезд, главная дорога была закрыта, по ней шли военные машины. В воздухе стоял непрерывный гул. И Майклу, который никогда настоящей войны не видел, казалось, что он находится на съемках фильма про войну. Но это была реальная жизнь и ему, честно говоря, было очень страшно. И он добрался, наконец, до Тбилиси, он встретил главную женщину своей жизни. И он повел ее во Дворец Бракосочетаний! У него, сорокалетнего холостяка, никогда не было ни жены, ни детей, но с той минуты, как он взял на руки осиротевшего заплаканного мальчика и тот уснул у него на руках, у него возникло невероятное, прямо-таки физическое ощущение, что этот мальчик – его сын.
И вот сейчас, годы спустя, этот мальчик, уже не мальчик, а юноша, высокий, сильный, красивый, стоял рядом и слезы текли по его щекам.
- Мама, отец... У меня нет слов. Внезапно узнать про себя такое! А дедушка, он ведь просто герой! Он спас мне жизнь. Так жалко, что он умер. Я его очень любил, он был замечательный человек.
Извините, я расплакался как ребенок. Я пойду полежу, у меня разболелась голова. Пап, ты придешь позже, посидишь со мной?
Майкл и Манана переглянулись. Годы назад, когда сын был маленький и у него случались проблемы (подрался в школе, получил плохую отметку, поругался с лучшим другом), он всегда просил отца посидеть с ним. А когда сейчас у одиннадцатилетней Марго возникают неразрешимые проблемы, их, как правило, успешно решает Манана. У нее это очень здорово получается. Она прирожденный дипломат. Майкл уверен, что если бы Манана работала не преподавателем английского в соседней школе, а на дипломатическом поприще, скажем, советником посла Америки в Грузии, то... Но разве его кто-то об этом спрашивает?
Когда через час Майкл вошел в комнату сына, тот крепко спал. Майкл не стал его будить. Поговорим, когда проснется.
Сын проснулся, Манана позвала их обедать. Только они сели за стол, как дверь открылась и в комнату вбежала, а точнее, ворвалась, стягивая на ходу курточку, кудрявая сероглазая девочка, их дочь Марго. В руках у нее был букетик фиалок, которые она протянула Манане:
- Мамочка, держи, это самые первые. Она чмокнула мать куда-то в ухо, потом подбежала к отцу, который сидел к ней спиной, обняла его за шею, прижалась на минутку, и помахала ладошкой брату.
- Ой, я такая голодная, сил нет! Я свой завтрак черепахам отдала. Они такие уморительные, если бы вы только видели! Мам, я иду мыть руки, сейчас иду! Не ругайся, ладно?- Она схватила с тарелки кусок сыра и унеслась.
- Хорошая девочка, - подумала Манана, - такая добрая, любит помогать. Зимой, когда Манана вывихнула ногу и не могла ходить, Марго готовила для них еду: варила под руководством Мананы суп, жарила картошку.. Красочные фотографии ее кулинарных успехов развешаны по всей кухне.
Возможно, впоследствии в ней откроются новые таланты, но пока ни музыка, ни танцы, ни живопись Марго не интересуют. И учится она средненько. Ни хорошо, ни плохо. Нет, она не ленится. Просто ей неинтересно. Зато ей очень нравится возиться с животными. У соседской собаки родилось пятеро щенков, Марго помогала их выхаживать. Но как она ни просила отца, тот отказался взять хотя бы одного щеночка. У него с детства аллергия на животных. Он, правда, обещал подумать насчет говорящего попугая. Но Марго так и не поняла, насколько серьезно его обещание.
Говорят, что некоторые попугаи любят разговаривать по ночам. А что тогда делать тем людям, которые любят по ночам спать? И еще надо точно узнать, будет ли аллергия у папы, если в дом взять поросенка. А что, это интересная мысль! Надо посоветоваться с братом. Ой, ну до чего же интересно! А вдруг папа согласится и тогда...
Поздно вечером, когда Манана и Марго уже спали, Майкл приоткрыл дверь в спальню сына.
- Ты не спишь?
- Нет, папа. Заходи! Что это у тебя в руках?
Вместо ответа Майкл положил на письменный стол сына лист бумаги, на котором был отпечатан снимок. На нем были изображены молодая женщина в свадебном белом платье и мужчина в строгом черном костюме. Видно было, что они не привыкли фотографироваться, женщина сидела на стуле, мужчина стоял рядом, поза была скованная, но глаза у них были счастливые, особенно у женщины.
- Вот, только что получил. Наконец-то! Думали, что не найдут. Я распечатал и сразу к тебе! Ты представляешь, через столько лет! Я уж всякую надежду потерял. Ведь от дома ничего не осталось, я уж не знаю, как этот снимок смогли найти. Столько лет прошло!
- Пап, спасибо!!! Это же они, они... Затуманенными глазами его сын смотрел на фотографию своих подлинных родителей, пытаясь справиться с чувствами, которые его переполняли.
Он поднял голову, посмотрел на Майкла.
- Пап, когда мы поедем в Гори?
- В начале августа. Я уже заказал билеты и гостиницу. Она недалеко от кладбища, где они похоронены.
- Ты там был, пап?
- Конечно.
В эту ночь Майкл-старший долго не мог уснуть. Он думал о том, как может одна-единственная встреча, встреча с Мананой перевернуть течение жизни человека, сделать эту жизнь осмысленной, целенаправленной. И как он благодарен Манане за все, что с ним произошло в этой жизни. Им надо еще работать, надо помогать детям. Майкл непременно станет врачом, ему через год поступать в медицинский. А Марго... Трудно пока сказать. Она, наверно, будет тоже врачом, только ветеринарным. Но кем бы их дети ни стали, пусть они будут счастливы в этой непростой, чаще горькой, чем сладкой, такой трудной, но прекрасной жизни!
Пусть будут!
Добавить комментарий