Жизнь и судьба замечательного поэта, декабриста, одного из ближайших друзей Пушкина широко известны. Хотя бы по "Кюхле" Ю. Н. Тынянова. Но вот что любопытно: одно из авторитетных изданий вышло во время войны в гитлеровской Германии. Понятно, что сыграло роль немецкое этническое происхождение русского поэта. Но очевидно, нацисты не знали его антинемецких стихов, сочиненных, как речь покоряемых огнем и мечом эстонцев. И уж точно не могли знать его библейских поэм, стихотворных повествований о древней Иудее. Между тем эти громадные поэмы Кюхельбекер считал главными своими созданиями. Впрочем, и в отечестве издать их не торопились
Вильгельм КЮХЕЛЬБЕКЕР
ОТРЫВОК ИЗ ПОЭМЫ "ДАВИД"
* * *
Суров и горек черствый хлеб изгнанья;
Наводит скорбь чужой страны река,
Душа рыдает от ее журчанья,
И брег уныл, и влага не сладка:
В изгнаннике безмолвном и печальном
Туземцу непостижная тоска;
Он там оставил сердце, в крае дальном,
Там для него всё живо, всё цветет;
А здесь… не всё ли в крове погребальном,
Не всё ли вянет здесь, не всё ли мрет?
Суров и горек черствый хлеб изгнанья;
Изгнанник иго тяжкое несет.
1829
